Андрей Чернышов:

Андрей Чернышов: "Ищу жену, которая будет занята домом и детьми"

«Любовь так непредсказуема!» – вздыхает этот 38-летний холостяк. Правда, нашему корреспонденту удалось выведать кое-какие тайны актера…

С Андреем Чернышовым мы встретились в одном из московских кафе. Он производит впечатление человека серьезного. На любые вопросы отвечает обстоятельно, обдумывая и взвешивая каждое слово. Порой не верится, что этот положительный мужчина может так перевоплощаться на экране – играть легкомысленных красавцев и коварных злодеев!

Для меня было большим открытием узнать, что Андрей родился и вырос в Киеве. Родному городу он пропел настоящую оду! Кстати, сейчас этот популярный актер не скрывает, что в его биографии были и откровенные неудачи. Не поступив в первый раз в театральный, он год работал подсобным рабочим в киевском Театре русской драмы. Когда он был студентом третьего курса «Щепки», его собирались отчислить. Бывали моменты, когда Чернышов даже подумывал оставить актерскую профессию…

Андрей, на экране у вас такая насыщенная личная жизнь, а что в реальности? Вы ведь официально не женаты, так?

Да, так. Я задумываюсь о браке с двадцати одного года. И в том возрасте впервые сделал предложение девушке. С моей стороны это был очень серьезный поступок. Думаю, если бы девушка ответила мне согласием, наша семья распалась бы однозначно. Сейчас я это понимаю.

Какие качества вы цените в женщине? Что вас может привлечь?

Но это же не мебель и не матрас! Психологи должны разбираться, почему люди хотят быть вместе. Знаете, двое могут любить друг друга без памяти, но жить вместе не в состоянии – такое тоже бывает. Думаю, что с актрисой мне будет сложно. Я, конечно, не говорю обо всех, но девушка, которая выбрала профессию актрисы, прежде всего строит карьеру. Мне хотелось бы иметь жену, которая бы занималась больше домом и семьей. Дети для меня – это очень ответственный момент.

Вам легко завести роман, вы часто влюбляетесь?

Ну я же живой человек…

На каких девушек вы обращаете внимание?

Я не знаю, честное слово! В моей жизни были такие неожиданные повороты, предусмотреть которые было нереально! Можно нарисовать себе идеальную модель, а потом влюбиться в человека с совершенно другими данными. Бывало даже, что я вдруг неожиданно влюблялся в женщину, которую давно знал и не представлял, что она вызовет у меня такие чувства. Любовь – штука непредсказуемая.

А сейчас ваше сердце свободно?

С моим сердцем все в порядке. Оно живет, дышит, качает кровь по организму.

Поклонницы вас не одолевают?

Если кому-то нравится то, что я делаю, – мне очень приятно, я это ценю. Но если же кто-то напридумывал себе невероятное, я не имею отношения к таким женским фантазиям. Бывают поклонницы навязчивые, порой это даже приобретает нездоровые формы.

Это как?

Совершенно незнакомый человек звонит и с радостью сообщает, что он нашел мой номер телефона. И предлагает встретиться. Вот это мне непонятно!

Андрей, а вы романтик или прагматик?

Что-то среднее. Я стараюсь реально смотреть на вещи. Сознательно искать любовь или страдания я не стану. Кого-то из актеров эмоциональные терзания подпитывает, но только не меня.

Вообще-то, вы производите впечатление железного мужчины…

А почему я должен искусственно стремиться к эмоциональности? Это уже не настоящее, понимаете? Подлинные чувства так или иначе все равно случаются в жизни. И я их специально не ищу. Для меня важна естественность, а не игра в нее.

Родители поощряли ваше желание стать актером? Чем они занимаются?

Мама Людмила Андреевна – педагог, отец Владимир Леонидович – инженер. Еще есть бабушка Зинаида Никитишна, ей 86 лет, она еще два года назад работала в Институте переливания крови. Когда мы переехали в Забайкалье, на север Читинской области, мой отец сменил профессию. Папа заочно окончил педагогический институт и работал директором школы. Преподавал физику, а мама – математику. Мое детство прошло в маленьком поселке, где у меня было два увлечения – спорт и театр. Увлекался штангой, баскетболом. В школе, где я учился, был театральный кружок, и вела его моя мама. В юности она хотела стать актрисой, но не сложилось. Кстати, сейчас она мой самый строгий критик. Мне очень помогло домашнее воспитание. Своим родителям я благодарен за то, что они развили во мне самодисциплину и работоспособность, хотя прививали их порой против моего желания. Но, на мой взгляд, эти черты характера необходимы любому человеку, независимо от сферы его деятельности.

Вы в школе были примерным учеником?

Мои родители работали в школе, поэтому пришлось стать примерным, чтобы не опозорить честь семьи. Школа была маленькой, в моем классе всего четыре человека учились, все были на виду. Вы не поверите, но я не прогулял ни единого урока! К родителям в школе обращался по имени-отчеству. Вел себя так, как будто они были обычные учителя, а не мои родственники. Просто привык к тому, что с меня спрашивали строже, чем с других. Если я приносил домой четверку – для моих родителей это была почти трагедия. Школу я закончил с серебряной медалью. И «хорошо» у меня было лишь по труду.

Вы один ребенок в семье, сейчас с родителями часто видитесь?

Вижусь, когда приезжаю на съемки в Киев, поэтому стараюсь соглашаться на все предложения, которые связаны с этим городом. В нашей семье есть традиция – я приезжаю домой на Новый год и на свой день рождения. В 17 лет я уехал из дому, поступил в вуз и вот уже 20 лет живу в другом городе. Посвятить два дня в году своим родителям – думаю, вполне нормально. Не так уж и много я для них делаю.

У вас кто-нибудь остался в Киеве кроме родителей?

Школьных друзей там у меня нет. После третьего класса я уехал с родителями в Сибирь. Вернулись обратно, когда мне было 16. Сейчас я обзавожусь новыми знакомыми: киевскими артистами и операторами.

А вы скучаете по Киеву?

Да, но только в последние годы я осознал, что это дорогой для меня город. Сейчас Киев становится все роднее и роднее, ценю его все больше. И стараюсь соглашаться на любые съемки, если они проходят там.

В одном из интервью вы сказали, что ваш кинодебют состоялся именно в столице Украины…

Да, это было довольно давно – я учился в Щепкинском училище… В те времена, если помните, вообще снимали мало картин. И когда меня пригласили на эпизодическую роль, на меня это произвело колоссальное впечатление! Первый фильм – как первая любовь, наверное. А тут возникло такое странное ощущение, словно произошло соединение двух жизней. Потому что для меня было четкое разделение: Москва – место учебы, будущей работы, а Киев – дом родной. И вдруг улицы, по которым я ходил еще ребенком, превратились в место съемок.

Вы не поступили в институт с первого раза, но потом ваша мечта осуществилась. Скажите, порой вам было тяжело учиться?

Ой, мне все время было сложно! Трудно было, потому что я не очень понимал, что надо делать, но был старательным. А на деле получалось, что у меня зажимы и комплексы ужасные. На третьем курсе меня собрались отчислять, но Римма Солнцева – гениальный педагог – сказала: «Если его выгонят, то и я уйду». Она буквально спасла меня.

Какое у вас самое любимое место в Москве?

Мосфильм. И съемочная площадка (смеется). На самом деле у меня не было проблемы с адаптацией в Москве. Когда я поступил, был настолько захвачен учебой, мне настолько было все интересно, что я просто не замечал ничего остального.

Сейчас вы чувствуете себя узнаваемым актером?

Спасибо вам за «узнаваемого». Да, это есть. Ко мне периодически подходят незнакомые люди, что-то говорят… Как отношусь к этому? Приятно, конечно. Вот вас, например, узнают дома ваши близкие, и вы этому ничуть не удивляетесь. У меня примерно такие же ощущения. Я давно понял, что узнаваемым стать несложно: стоит только несколько раз появиться на телевидении – и ты будешь медийным лицом. Но для меня это не главное в моей профессии…

А что же главное?

Знаете, мне до сих пор нравится моя работа. И в этом для меня суть пребывания в кино или в театре. По крайней мере, я стараюсь хорошо сыграть роли, сделать что-то новое. Если мне приходится играть положительного персонажа, я ищу в нем какие-то изъяны, небольшие человеческие слабости. Мне кажется, что в герое обязательно должно быть нечто такое, из-за чего он становится интересен.

Вы довольно долго шли к ролям в кино, у вас не сразу все складывалось удачно…

Да, это так. У меня и в театре все не сразу получилось. Я в «Ленкоме» работал двенадцать лет и восемь из них почти ничего не играл. Пришел в этот театр сразу после училища: в «Ленкоме» нужны были молодые люди моей фактуры. Потом скакал в массовке несколько лет в спектакле «Юнона и Авось». Поначалу был просто счастлив – ведь этот спектакль я в студенческие годы смотрел шестнадцать раз! Интересно было все: оказаться за кулисами, почувствовать это действо изнутри. Только после ролей в кино меня стали задействовать в театре. Я приходил в «Ленком» на репетиции, видел, как работают великие мастера, планка которых для меня не достижима. Многих из них уже нет в живых, но для меня общение с ними было очень хорошей школой. Пересматриваешь замечательные старые фильмы – и понимаешь: так, как существовали актеры на сцене раньше, мы сейчас уже не умеем. Потом мне пришлось распрощаться с театром. Стало сложно совмещать график съемок с внутренним распорядком репертуарного театра, но я до сих пор благодарен ленкомовской школе.

После какого фильма вы проснулись знаменитым?

Не было такого фильма! Я очень много поначалу играл в эпизодах – охранников каких-то, да бог знает кого. И оказалось, что перед камерой я себя чувствую достаточно свободно. Постепенно ощутил, что моя профессия приносит мне удовольствие. Потом эта идея перешла из кино на сцену.

Как переживали «славу» после рекламного ролика пива со слоганом «Хочешь, я угадаю, как тебя зовут»?

Слава богу, этот клип уже давно не вспоминают. Но, конечно, было тяжеловато… Помню, в течение трех лет после выхода рекламы многие знакомые меня встречали одной и той же фразой: «Андрей, хочешь, я угадаю, как тебя зовут?» (смеется).

Вы с удовольствием участвуете в телевизионных шоу?

Да, участвовал во многих программах. Благодаря проекту «Король ринга» я подружился с боксом. Сейчас хожу на тренировки, поддерживаю спортивную форму. Сражался с Михаилом Полицеймако, Джигурдой, певцом Серегой – и вспоминаю этот проект с большим удовольствием и благодарностью. Я провел там восемь боев. Люблю бокс! На проекте моим тренером и наставником был Ашот Гаракян — удивительный, интеллигентный и мудрый человек. Рад, что у нас до сих пор сохранилась теплая дружба. Вообще боксеры меня по-хорошему удивили тем, что, невзирая на заслуги и звания, это очень скромные и тактичные люди.

Андрей, что вас может порадовать сейчас?

О, любая мелочь! Хорошая погода – это тоже, знаете ли, радость. Солнышко вышло – и настроение уже поднялось.

Наталья Белогур