Сердце - это твоя жизнь

Сердце - это твоя жизнь

Каждый год от заболеваний сердца в мире умирает больше людей, чем от СПИДа, рака и туберкулеза вместе взятых. К Международному дню сердца – три истории о людях, которые смогли преодолеть тяжелые болезни этого жизненно важного органа. И об их спасителях.

Древние греки считали, что в сердце живет душа, китайцы были уверены, что в нем обитает счастье, а египтяне думали, что эмоции и мысли рождаются именно там… Сердце разрывается от душевной боли, плачет или радуется, обливается кровью или бьется от счастья. И символом любви стала именно сердечная мышца. Метафора «разбитое сердце» – не только красивое выражение. Прощание с любовью или смерть близкого человека повышают риск заболевания этого важнейшего органа. «Насос», он же «пламенный мотор», в течение жизни сокращается в среднем 2,5 миллиарда раз, работая без устали, днем и ночью. За час он перекачивает 350 литров крови. И это в состоянии покоя!

За последние 20 лет болезни сердечно-сосудистой системы значительно помолодели. В практике кардиологов 30-летние мужчины с инфарктами – уже не редкость. Люди трудоспособного возраста страдают от тахикардии, аритмии, ишемической болезни сердца, атеросклероза, имеют проблемы с давлением. Диагноз «вегетососудистая дистония» ставят сегодня каждому второму 20-летнему парню или девушке… Между тем не лекарства, а правильное питание, разумный режим отдыха и работы, здоровый образ жизни и физическая нагрузка помогают сердцу работать без сбоев.

Эдуард Соколов: Дней рождения у меня два…

Он работает, поднимается на четвертый этаж без лифта, пишет книги и стихи, осваивает компьютер и радуется жизни. Сегодня никто даже не заподозрит, что у этого крепкого мужчины I группа инвалидности. 44-летний харьковчанин Эдуард Соколов шесть лет назад перенес операцию по трансплантации сердца.

На площадку возле больницы садится вертолет, бригада медиков быстро передает контейнер, вертолет взлетает – везет донорский орган пациенту. Так бывает в американских фильмах. Шесть лет назад в Украине это выглядело так…
Осенний день, 29 октября 2003 года, идет мокрый снег. По тротуарам, по кустам, выскакивая на встречную полосу, в объезд пробок мчится машина. За рулем – киевский кардиохирург Борис Тодуров. В контейнере на заднем сиденье – донорское сердце. Его коллеги уже начали подготовительный этап операции по трансплантации. Его ждут. Нужно успеть доехать из Больницы скорой помощи до Института имени Шалимова – почти пол-Киева. А донорский орган «живет» всего три часа.

Инфаркт в 35
«У меня на работе случился инфаркт миокарда. Утром я пришел на завод, закурил – и сердце словно огнем обожгло», – рассказывает Эдуард Соколов. «Решил, нерв защемился, на всякий случай принял валидол. Никто и подумать не мог, что у отставного военного, здорового 35-летнего мужчины, может быть инфаркт. Меня отправили домой – у подъезда закурил опять, стало хуже. Утром отправился в ведомственную поликлинику, оттуда скорая увезла в больницу. В стране кризис, веерные отключения электричества – невозможно сделать кардиограмму, в отделении не топят, лежать холодно, и я брожу по коридору. Приехала кардиобригада: «Лежать! У вас обширный инфаркт!» В больнице не было носилок – медсестры несли меня на одеялах. Помню, одна кричит: «Куда вы его вперед ногами!» А я: «Да уж как-нибудь несите!» После лечения направили в Киев, в институт имени Амосова, там порекомендовали операцию, но оказалось, что ее невозможно было сделать по показаниям.

Пролечился, вышел на работу. Но зимой, перед днем рождения, простыл возле форточки. Пневмония, осложнение на сердце… Ровно через год снова приехал в институт Амосова. «Не о чем говорить – нужна пересадка сердца. На Западе вас бы поставили в очередь» – «А что же мне здесь делать?!» – «Есть один хирург – если возьмется, сделает, больше никто» – «Кто?» – «Борис Тодуров».
В Харькове стали готовить к операции – занесли стафилококк, и я начал умирать. Однажды меня вынесли из реанимационного зала и оставили. Бил озноб, я инстинктивно начал растирать себе уши – потом уже узнал, что там много биоактивных точек. «Как, ты еще живой?» – «Не дождетесь!» Умирал я дважды».

«Родственники не дали добро»
«Девять с половиной месяцев Соколов ждал пересадки в Институте трансплантологии и хирургии. Без шансов, что это произойдет, наблюдая, как коллеги по несчастью умирают. Не успел подружиться, как уже теряешь – для него это была пытка. Трудно представить, с какими мыслями этот человек просыпался и с какими засыпал. И это помимо физических мучений, которые ему доставляла болезнь: одышка, синие губы, невозможность спать лежа, периодическая реанимация из-за остановки сердца. Но он все достойно пережил. И где-то в небесной канцелярии решили: если человек так героически принимает посланные испытания, надо дать ему шанс на спасение, – я так думаю», – вспоминает Борис Тодуров. «Нас в палате было 4 человека – 4 группы крови, в основном, молодые парни – 20-30 лет. Все они умерли, не дождавшись. Периодически шел слух: есть сердце. Мы садились на диванчик в коридоре и ждали – кому повезет. Приходил анестезиолог и, потупив глаза, сообщал: «Сердце остановилось» или «Родственники не дали добро», – добавляет его пациент.

Все это время рядом с Эдуардом была его жена, Светлана…
«Перед операцией мы с женой пошли к батюшке. Меня терзало, что для моего спасения необходима смерть другого человека. Батюшка – бывший врач, пошел в Лавру советоваться со старцами. Они дали добро. Прошел причастие, священник исповедал меня, провел обряд соборования. После этого такая благодать в душе наступила, спокойно стало… В момент операции – клинической смерти – не было ни туннелей, ни света. Было огромное белое-белое крыло, ощущение, что я в белом ползаю. Говорят: «Нет, тебе не туда»… Кто – не знаю», – вспоминает Эдуард.

«Когда открыл глаза после операции – увидел, что мои ногти больше не синие… Во рту трубка. Вокруг меня стоит бригада хирургов – как 12 апостолов. В масках. Если бы нимбы были – не удивился бы. «Ну, скажи, как ты? Махни ресницами!» Я показываю: ручку дайте. Пишу: «Онемели пальцы левой руки после капельницы».

Так началась вторая жизнь Эдуарда. Не все было легко и радужно – были осложнения. Пришлось делать еще одну операцию, на легких. Жена постоянно была рядом. «То, что сделала для меня Света, – настоящий героизм». В автобиографической книге Эдуарда Светлане отведено особое место…

«После операции все расслабились, я хожу, делаю зарядку, приседаю на одной ноге – ничего не болит! И тут – грибковая пневмония. В конечном итоге сделали мне операцию на легких – удалили очаг воспаления. Заживает рана плохо, я хожу только в туалет, за мной шнур от аппарата. Жена рядом, плачет». Но Эдуард не терял присутствия духа.

Врача ставлю в пример
Несколько лет после операции Эдуард был, как он сам говорит, домохозяином – делал ремонт в квартире, пристрастился к кулинарии, в нем проснулась страсть к творчеству – написал уже две книги о собственном опыте и активно ищет издателя. И в каждом интервью благодарит людей, давших разрешение на изъятие сердца у погибшего родственника. О доноре Эдуард знает только то, что его звали Иваном, ему было всего 26 лет, парень был курсантом. Эти люди подарили мужчине вторую жизнь.

Человеку с пересаженным сердцем жить непросто. Ежедневно необходимо принимать иммунодепрессанты, чтобы не отторгался донорский огран, любая инфекция может стать роковой для ослабленного организма, ведь иммунитет работает лишь на четверть силы. Мужчине с I группой инвалидности (ее дают всем пациентам с пересаженными органами) отказывали в приеме на работу. Лишь благодаря участию в программе Ольги Герасимюк удалось устроиться инженером в один из харьковских ресторанов.

Раз в полгода он ездит в Киев сдавать анализы на уровень циклоспорина – показателя того, не отторгается ли орган. Харьковские лаборатории таких анализов не делают.

«Я не чувствую себя инвалидом», – говорит Эдуард. И снова вспоминает о своем спасителе: «Борис Михайлович мне сказал: «Я не могу тебя бросить в чистом поле». В этом году были трудности с таблетками. Я ему пожаловался: «Что делать? Нет лекарств, а от индийского аналога мне плохо». Он мне: «Да что ты беспокоишься, для тебя поедем в Москву, Америку…» Именно так врачи и должны относиться к больным!»

«Это даже уже не дружеская, а родственная связь. Он провел с нами девять месяцев! И каждый день мы общались. Все его надежды – на меня и нашу команду, он очень близко знает и сестер, и врачей, звонит, мы к нему ездили в Харьков. Есть много вещей, которые мы доверяем только друг другу. С этой семьей меня многое связывает. Эдуард – лицо нашей компании, а для меня – больше, чем просто пациент», – в свою очередь говорит Борис Михайлович.

…Живой, активный, веселый человек сидит на диване, гладит за ухом огромного серого кота Фунтика и напоследок рассказывает историю Владимира Масалова из Запорожской области, пересадка сердца которому была сделана двумя годами ранее. Он прекратил принимать таблетки для подавления иммунитета – фактически покончил с собой. Не вынес материальных трудностей. Этого Эдуард понять не может: «Хочу, чтобы люди никогда не теряли надежды. Финансовые, личные драмы – мелочи. Ведь это такое счастье – просто жить на свете!»


Борис Тодуров, директор «Киевского городского центра сердца», доктор медицинских наук, профессор, заслуженный врач Украины

Трансплантация – удел энтузиастов

Тогда это был прорыв – мы вошли в медицинский реестр стран Европы, где делают пересадки. Сегодня любой врач или министр может с легкостью сказать за границей: «В нашей стране делаются операции по пересадке сердца». Это как визитная карточка Украины и пропуск в европейское медицинское пространство. Пересадка сердца сделана успешно, человек живет шесть лет. Тогда мы об этом не думали – просто занимались лечением больного.

…Был убит молодой человек, родственники дали согласие на донорство сердца. Я не вникал в их дела, было не до того. Промелькнула информация, что люди были знакомы с этой проблемой, кому-то в семье что-то пересадили. Эдуарда выхаживали еще три месяца. Было сложно… Да! Вы не видели второго пациента, Сережу Маценко, тот живет в селе – косит траву и носит воду, пасет коров, и вообще выполняет нагрузку, с которой я, к примеру, не справлюсь!

Выгодна ли такая операция в масштабах государства? Безусловно. Как правило, болеют люди трудоспособного возраста, налогоплательщики. Большинство из них проживет до пенсионного возраста, сможет работать, обеспечивать себя, семью. Но в Украине нет ни поддержки государства, ни законов, ни финансирования для развития трансплантологии. Поэтому до сих пор это дело энтузиастов.
Кое-где бытует мнение: если пропал ребенок, его разобрали на органы. Это нонсенс! Люди не знают, что орган живет 2-3 часа. Хотя такая проблема существует… Почки продают в Пакистан, Индию, Турцию. Но это живое донорство – операции по изъятию органов делаются на месте, за границей. Человек сознательно на это идет.

В Америке ты при жизни даешь согласие, что в случае смерти мозга разрешаешь изъять свои органы для трансплантации. В странах ЕС и СНГ – презумпция несогласия. В Украине приходится просить об этом родственников погибшего, которые пребывают в состоянии шока. Возникает масса вопросов: у человека еще бьется сердце – как же его можно забрать? Но мозг уже умер. Это биологическая смерть. Во время забора сердца таким людям даже не вводят наркоз – у них уже нет чувства боли.

Что касается денежных затрат, то мы иногда тратим десятки тысяч долларов на онкобольных. И считаем, что, продлив мучения на шесть месяцев, поступаем гуманно. А после трансплантации человек становится практически здоровым! Чем можно измерить, например, наличие отца в семье? Написанную книгу? Какими деньгами?
Существует ошибочное мнение, что трансплантация – дорогая операция, за эти деньги можно спасти десять человек, нуждающихся в обычных операциях. Это неверно.

Полноценная жизнь
Сегодня в мире около 60 тысяч людей живет с донорским сердцем. Средний срок жизни таких пациентов – 12 лет, но некоторые живут с чужими сердцами уже по 22-24 года.

• Операция по пересадке сердца впервые была проведена в 1967 году в ЮАР. Хирург Кристаан Барнар в кейптаунском госпитале пересадил сердце 18-летней девушке, ставшей жертвой автомобильной аварии. Через 18 дней она скончалась от пневмонии. В 1981 году успешную пересадку сердца и легкого одновременно провел Брюс Рейтц в клинике Стэнфордского университета.

• Сейчас во всем мире дождаться трансплантации могут не более 10% больных, нуждающихся в операции.

• В Великобритании проведена уникальная операция: 12-летней девочке удалили донорское сердце, пересаженное 10 лет назад, и вновь подключили ее собственное, находившееся в бездействии все эти годы.

• Прошло уже 15 Всемирных игр, участники которых перенесли трансплантацию сердца, легкого или почки. Игры проходят в различных странах каждые два года, в них принимает участие обычно около тысячи человек в возрасте от 5 до 70 лет. Некоторые из них – профессиональные спортсмены. Пять лет назад молодой канадец с донорским органом преодолел 100-метровку с результатом, близким к мировому рекорду.

• В Испании, стране-лидере по пересадке органов, на стендах возле церквей пишут: «Оставь свои органы на земле – тем, кто в них нуждается. Твоей душе они не понадобятся»…

Сегодня Юля абсолютно здорова!

Юле Фетисовой сделали операцию на сердце, когда ей был всего месяц, – и это притом, что кроха родилась гораздо раньше срока и весила всего килограмм! Сейчас она абсолютно здорова. Родители называют дочурку ураганом – в ней масса энергии! А ведь пять лет назад ее жизнь буквально висела на волоске...

Одна из основных причин детской смертности – врожденные пороки сердца. По статистике, каждый год в Украине рождается около 5 тысяч детей с ВПС, и от 20 до 55 % из них нужно оперировать уже на первом году жизни! Всего 160 видов врожденных пороков сердца насчитывается по международной классификации, и практически все они в Украине оперируются. Главное – своевременная и точная диагностика! Ведь есть пороки, при которых операцию нужно выполнить до одного месяца, до полугода. При гипоплазии левых отделов сердца – в течение десяти суток, при транспозиции магистральных сосудов – в течение двух недель. Героине нашего материала после рождения дочурки пришлось пройти тяжелое испытание. Но сейчас, спустя пять лет, она с уверенностью говорит о том, что ребенок здоров.

Операция подарила жизнь
«О том, что у меня могут случиться преждевременные роды, я и не подозревала – беременность протекала хорошо, – рассказывает Ксения, мама Юли. – Но внезапно отказали почки. Схватки начались на 30 неделе беременности. Когда ребенок родился, мне его не принесли… Сразу же после рождения подключили к аппарату искусственной вентиляции легких». «Самая большая проблема в том, что у 90 % недоношенных новорожденных открыт так называемый баталов проток, который, сообщая легочную артерию с сердечной аортой, питает плод внутриутробно. Легкие еще не работают, и ребенок не дышит самостоятельно, – рассказывает оперировавший Юлю врач Василий Лазоричишин. – Когда ребенок дышит самостоятельно и кислород попадает в проток, он закрывается.

Такой порок сердца в большинстве случаев устраняется оперативным путем. Так было и с Юлей, которая попала ко мне через месяц после рождения, – все это время она находилась на аппарате искусственной вентиляции легких». Василий Васильевич говорит о том, что эта операция не была для него сложной… Но вот мать килограммовой крохи уверена в том, что произошло чудо. Ведь в роддоме, где появилась на свет Юля, не было должных условий для реанимации ребенка. Врачи прямо сказали Ксении: «Мы не всесильны, ищите другую клинику». На третий день после рождения она перевезла ребенка в ОХМАТДЕТ, где после обследования ей сообщили: требуется операция на сердце. В возрасте одного месяца недоношенной девочке оперировали порок сердца – перекрыли сброс крови из аорты в легочную артерию, чтобы малышка стала дышать самостоятельно. С первых же дней после операции ребенок буквально на глазах пошел на поправку!

Уход за ребенком
«В поликлинике врачи хватались за голову – недоношенный, да еще и прооперированный ребенок, – говорит Ксения. – Но мы справились! Мы с мужем постоянно занимались малышкой, делали все для того, чтобы она росла и развивалась, как обычные детки. К примеру, массажист к нам начал приходить, как только Юля прибыла домой». Кроме того, девочка регулярно посещала Киевский центр реабилитации детей с органическими поражениями нервной системы (ул. Богатырская), несмотря на то что проблем как таковых с ЦНС у Юли не было. Но лечебную физкультуру и специальные развивающие занятия районная поликлиника предоставить не могла. Ксения с мужем по крохам собирали информацию о необходимом для здорового сердца уходе и образе жизни и ни на секунду не сомневались, что их дочурка будет здоровой! «Юле очень повезло с папой. Он никогда не говорил о том, что устал: приходил с работы – и мы вместе делали все, что было необходимо…

Бывало, что к вечеру я совершенно выбивалась из сил: Юля плохо ела (до 1 года и 8 месяцев я кормила ее грудным молоком – это одно из самых главных условий для развития иммунитета). И именно папа ее уговаривал кушать! Он так же, как и я, вставал к дочурке по ночам, кормил, ухаживал, гулял с ней. Обращал внимание на малейшие изменения в самочувствии, настроении ребенка. Он вложил в нее все силы! В два года Юля стала очень подвижным, активным ребенком. В этом, конечно же, тоже заслуга папы, который играл с дочуркой в спортивные игры, организовывал маленькие походы на природу, путешествия на лодке по реке. Когда Юля подросла, они с папой стали… кататься на лошадях». Родители планируют через несколько лет отдать дочку в спортивную секцию с умеренной нагрузкой. А пока что девочка посещает детский клуб искусств, где учится рисованию и лепке, причем делает большие успехи! Она очень общительна и открыта, у нее много подружек. Так же легко идет на контакт со взрослыми. «Сейчас Юля хочет научиться плавать, вот они с папой как раз и начали осваивать эту премудрость: плавание просто необходимо таким деткам, – говорит Юлина мама. – Кстати, недавно мы услышали о дельфинотерапии и хотели бы пройти все ее этапы. Осталось только научиться плавать». Раз в полгода девочка проходит обследование у кардиолога (первые три года – в ОХМАТДЕТе, затем в районной поликлинике), ей делают ЭКГ, эхографию, врач регулярно прослушивает ее сердечко.

Проблем нет. Сердце Юли абсолютно здорово! Ксения говорит, что в подобных случаях нельзя отчаиваться и затягивать с операцией. А после нее нужно бросить все силы на поддержание здоровья ребенка: «Обращайтесь к разным специалистам, обеспечьте малышу здоровое полноценное питание, постоянно общайтесь с ним, играйте, гуляйте на свежем воздухе! Берегите от простуд и инфекционных заболеваний. Мы в первые годы жизни не пускали к нам в дом никого, кто переболел даже простудой, не гуляли с коляской в местах скопления людей. Когда шла речь о прививках, консультировались у кардиолога (в некоторых случаях прививки имеют ряд противопоказаний). Задача родителей после операции, когда устранена проблема, – обеспечить ребенку здоровый образ жизни, не навредить сердечку…»

Василий Лазоришинец, кардиохирург, доктор медицинских наук, профессор, Заслуженный врач Украины, кавалер ордена Ярослава Мудрого V ст., лауреат Государственной премии в области науки и техники

Первым делом – обследование!

Когда ребенок рождается, в 80 случаях из 100 диагноз «врожденный порок сердца» можно косвенно поставить по 4 признакам: синюшность, шумы в сердце, тахикардия и отсутствие пульса на нижних конечностях. На сегодняшний день в Украине высокий уровень сердечной хирургии и, в частности, детской кардиохирургии. Например, в Киевском институте Амосова и Центре детской кардиохирургии все делается по европейским стандартам, есть необходимое оборудование, в скором будущем планируется создание межрегиональных центров, которые бы охватывали по 2-3 области.

Помните главное: все беременные в обязательном порядке должны обследоваться – делать внутриутробную диагностику, УЗИ. Это обязательно на 12 и на 21 неделях беременности (касается тех, у кого не выявлено проблем, в других случаях это нужно делать чаще, по рекомендации врача). Основная проблема, с которой мы сталкиваемся сейчас, – внутриутробная инфекция плода. Ребенок поступает к нам, скажем, на второй день жизни, а он уже инфицирован – и по вине матери, которая не обследовалась и не пролечилась вовремя (по статистике, это 25 % пациенток нашего центра)! На эти инфекции успешно наслаиваются еще и бактериальные, которые при хорошем, не сниженном инфекциями иммунитете не затрагивают ребенка. Поэтому перед тем как планировать беременность, женщина должна обследоваться, сдать анализы на разные типы вирусов (прежде всего это герпес, цитомегаловирус, ПВЧ) и обязательно пролечиться, ведь именно вирусный агент может оказаться решающим в плане формирования ВПС.

Юлия Вишницкая, 36 лет: Меня спасают спорт и арт-терапия

Диагноз «ишемия» девушке поставили в 20 лет. Сердцу не хватает кислорода, и порой Юлия задыхается. Сегодня она научилась мириться с недугом и ведет суперактивный образ жизни.

«Расхожая истина – береги здоровье смолоду… Кто-кто, а я никогда не берегла свое здоровье. Еще со школы: другие дети – на улицу, я же – за книжки или за пианино. Доходило до того, что мама выталкивала меня за дверь… На физкультуре хуже всех бегала, прыгала. Будучи студенткой университета Шевченко, опять-таки о здоровье и думать не думала: до закрытия сидела в библиотеке, после занятий мчалась на курсы латыни. Не помню, чтобы я что-то ела в общежитии.

Знаю только, что вся стипендия уходила на книги, пластинки, концерты в филармонии и консерватории, билеты в театры и на выставки – ничего не пропускала. Одним словом, в студенчестве вела такой же не щадящий организм образ жизни», – вспоминает Юлия. «Единственное – «разбавляла» это безобразие прогулками по Голосеевскому парку (помню, что ко всем экзаменам там готовилась). Обещала себе, что возьмусь за здоровье (зарядка, прогулки на свежем воздухе перед сном, контрастный душ и прочее), «когда поступлю в аспирантуру», «когда закончу аспирантуру», потом отодвигала до момента защиты кандидатской диссертации, а потом – уж и не припомню, какие «понедельники» придумывала. Хотя сейчас вот оглядываюсь назад и, помимо этих безрезультатных потуг дисциплинировать себя, вижу то, что, наверное, является моим стилем жизни: я очень открыта миру, стремлюсь к людям, знаниям, искусству. Стараюсь систематически бывать в театрах, в музеях (приучаю к этому и своих студентов, и учеников из моего научного центра по изучению языка художественного текста).

Дома у нас постоянно звучит музыка, в основном – классическая. В последний год усиленно занялась собой (так как уже «поджало» и сердечко, и нервишки): хожу на пилатес, занимаюсь на доске Евминова, делаю Мудры», – утверждает наша героиня.
Ей очень тяжело даются поездки в общественном транспорте – в жаре и духоте становится плохо. Она нашла выход: старается в основном передвигаться пешком. А еще она – туристка! «Предпочитаю активный отдых. Такой у меня была прошлогодняя поездка в Ялту: сколько мы прошли! Помню, возвращаясь из Массандровского дворца, спросила у прохожих, как дойти до Ялты. Мне обескуражено ответили: «Вы не дойдете, это очень далеко. Все едут на маршрутке». Но мне нужно было посмотреть еще Массандровский парк, поэтому я отправилась в Ялту пешком. Мы тогда ежедневно «накручивали» минимум десять километров. По пересеченной местности!»

Стараюсь светло (как говорят, позитивно) смотреть на мир. Душа и организм сами находят то, в чем они нуждаются в данный момент: то не хватает философских книг, то почему-то Драйзера, то чьих-то дневников, то Мудр, то спорта, то рисования… Сейчас собираюсь освоить гончарное искусство. Мне интересно жить!
…В тот год, когда я поступила в университет, умерла двенадцатилетняя двоюродная сестричка Олечка. Тогда я подумала: она ведь ничего не успела. И сказала себе, что проживу одновременно и за себя, и за нее. Может быть, отсюда – такой сумасшедший темп в моей жизни (мне многие об этом говорили): все успеть! Отсюда – жажда знаний, желание впитать в себя из мира самое лучшее. Несмотря на недуг. Да мне еще и везет в жизни на потрясающих людей: настоящих, открытых, добрых, щедрых. Вообще я очень благодарна Богу и своим родителям за то, что живу!»

Бейся, сердце!

Выдающийся американский кардиолог Пол Уайт в свое время сказал: «Сердце настолько сильно, что способно биться до 150 лет. Поэтому его болезни и короткая жизнь – следствие наших собственных ошибок».

Полноценный сон. Вероятность переутомления и последующей за ним нагрузки на сердце и нервную систему у людей, которые спят менее 8-9 часов, увеличивается на 70%. По возможности в выходные дни уделяй пару часов дневному сну.

Важна физическая активность! Она приводит в тонус работу сердечно-сосудистой системы. Даже получасовой легкой гимнастики раз в день достаточно для укрепления сердечной мышцы! Возьми за правило по дороге на работу пройтись пешком пару остановок, откажись от лифта. Посещай бассейн, приобрети велосипед – это отличный кардиотренажер! Но избегай чрезмерных физических нагрузок – они утолщают сердечную мышцу, заставляя ее работать в ускоренном режиме.

Откажись от курения. Если бы люди не курили, ежегодно от болезней сердца умирало бы на 1,62 миллиона меньше! Никотин сужает кровеносные сосуды и затрудняет кровоток.

Избегай вредных жиров в рационе. Если принимать пищу с невысоким содержанием жиров небольшими порциями в одно и то же время, это снизит уровень холестерина, засоряющего сосуды.
Фрукты и овощи должны составлять 50% твоего рациона.

Не допускай лишнего веса! Он создает огромную нагрузку на сердце и вносит серьезный разлад в работу кровеносной системы. Если твой ИМТ выше 25 единиц, у тебя избыточный вес, от которого нужно избавляться.

Если у тебя есть хронические заболевания печени, почек, эндокринных органов, остеохондроз, проблемы с позвоночником – это значительно осложняет работу кровеносной системы. Значит, борьба за здоровый ритм сердца должна быть комплексной.

Меньше нервничай, избегай стрессов, не поддавайся депрессиям!