Ольга Сумская откровенно рассказала о своей личной жизни

Ольга Сумская откровенно рассказала о своей личной жизни
Планируя праздничный номер журнала «Единственная», мы сразу решили, кто будет на нашей обложке. Конечно, Ольга Сумская! Кто, как не она, – идеал современной украинской женщины, «справжня українка», как сама актриса говорит о себе? Красивая, успешная, неунывающая в любой ситуации, она, как всегда, была на высоте!

Мы встретились с Ольгой за час до начала репетиции пьесы «Дружная семейка» в буфете Киевского дома офицеров, расположенном в подвале. Именно там неожиданную лепту в интервью внес режиссер и продюсер постановки, народный артист Украины Евгений Паперный, первый муж актрисы.

 

Оля, вы не раз появлялись на страницах «Единственной». Были и статьи, и…

…и обложка.

 

Как вы думаете, почему?

Все неслучайно. Эта дружба длится с тех пор, как я стала Женщиной года по версии журнала «Единственная». Меня выбрали читатели. Что вы? Разве можно такое забыть?!

 

«Единственная» – женский журнал. Считается, что такие издания освещают женские проблемы. А есть ли они вообще – эти специфические женские проблемы?

Конечно. По-моему, более специфических проблем не придумать, и в их освещении «Единственная» не похожа на другие журналы – по стилю, по подходу, по наполнению, по всем аспектам. Я думаю, этот журнал ближе всего сердцам женщин. И это без ложной лести. Мне нравится именно на ваших страницах делиться своим опытом.

 

Буду спрашивать как раз об опыте. Вот вы дважды были замужем…

(Смеется.) Почему была? Я и сейчас замужем.

Я о другом. Ваш первый брак закончился разводом. Вот как это – пережить развод?

Конечно, это травма – и для меня, и для Евгения Васильевича. Я виновата перед ним, но так сложилось. Так завертело-закрутило, что именно на сцене легендарного Театра русской драмы имени Леси Украинки сложились наши судьбы. Я нашла здесь и первого супруга, и второго.

Евгений Васильевич был первым человеком, которого я встретила, когда еще студенткой четвертого курса пришла пробоваться в труппу театра. Идет такой импозантный, уже седой, но моложавый мужчина, народный артист Евгений Паперный. Сердце мое ухнуло в пятки, и тут он обращается ко мне: «Боже мой! Хороша Маша, да не наша!» Так вдруг припечатал. Я говорю: «Здравствуйте, Евгений Васильевич!». – «А куда же это вы собрались, красавишна?» Отвечаю: «Да вот иду читать монолог, стихотворение, басню – короче, все, что есть у меня, вашему худруку». (Смеется.) – «Да? Ну, с богом! Благословляю вас». Так он меня вдохновил, просто зарядил энергией! Я замечательно попробовалась, даже до конца не читала, хватило каких-то пары строк из стихотворения «Зенитчицы» Роберта Рождественского, и я тут же была принята в труппу.

После проб – окрыленная, счастливая – спускаюсь… куда? В театральный буфет. А там Роговцева Ада Николаевна, Кадочникова Лариса Валентиновна, Бакштаев Леонид Георгиевич – сплошные звезды. Сердце в пятки во второй раз. И тут Паперный взял мне чай с лимоном… Жутко я в него была влюблена, на первые гастроли уже поехала в качестве гражданской жены.

Решение о разводе тоже пришло за очень короткий период времени. Внутреннее ощущение, что я сделаю этот решающий шаг, меня не покидало. Мы уже стали чужими, физически чужими… Если нет осязания, обоняния, если все уже держится на совершенно другой энергии, то погрузиться в чувство долга, себя четвертовать и таким образом разрушать – это гибель для человека. Это смерти подобно.

Виталий (Борисюк, второй муж актрисы. – Прим. автора) просто ворвался в мою жизнь. Он в театр въехал на белом коне! Ему доверили главные роли, он был великолепен, такой замечательный, многообещающий, а я все думала: «Ну почему же он меня так раздражает?» Вероятно, я подсознательно чувствовала, что будет какое-то продолжение в нашей истории. Потом, когда мы начали репетировать роли влюбленных в «Кровавой свадьбе» и очень тесно контактировали друг с другом, то… Я не могу это объяснить. Реально, это «химия»! Люди обмениваются флюидами, и ничего с этим сделать нельзя. Все! Этот человек меня поглотил!

Скажите, а как бы вы реагировали, если бы инициатором развода были не вы?

Ой, даже не знаю!.. Искренне сочувствую женщинам, попавшим в такую ситуацию. Меня Бог миловал. Вот представила – и мурашки по коже! Если это духовная измена, то страшнее ничего нет.

 

Что  значит «духовная измена»?

Мужчина, оправдывая свои «скачки в гречку», иногда говорит: «Да ну что ты? Это всего лишь физиология!» Это из личного опыта, между прочим! Наверное, все действительно так. Но когда мужчина мечется между двумя женщинами, когда его душа уже не с этой, а с другой – это самое страшное. И когда женщина узнает, что жертвами новой любви стали она и дети от первого брака, то вот… вот… я не знаю, как женщины находят в себе силы начать все заново. Это очень страшно!

 

Оля, «скачки в гречку» вы не считаете чем-то таким, из-за чего стоит разорвать брак?

Не считаю. Если человек родной, если он безумно дорожит тобой и семьей и ты это ощущаешь, если он боится разорвать эту связь и чувствует свою вину… И кается, и говорит: «Прости!» А главное – если он не повторяет ошибку, то что уж тут делать. Коль сохранилось к нему доверие, то стоит все-таки склеить, найти какой-то БФ или «Суперцемент».

 

Вы мудрая женщина.

Иначе никак. Надо все прощать, если знаешь, что муж любит тебя. Сейчас ведь жуткий процент разводов! А на фоне того, что нынче происходит в стране, надо уступать друг другу, пытаться находить какой-то позитив. Прощать все, чтобы сберечь семью, если есть любовь. Иначе как войну будем переживать? Именно любовь должна сегодня наполнить наши семьи. Все надо перетерпеть, но не рвать ниточки семейных уз – только они могут спасти семейное дерево. Это как раз наше, национальное.

А ревность вы бы простили?

Не попадала под этот пресс. Был, правда, период, когда Евгений Васильевич меня ревновал. Он понял, что…

И тут, как в пьесе, раздался голос откуда-то сверху, из фойе:

– Оля!

– Я здесь, Евгений Васильевич! – отозвалась Сумская. – Вот и он! Это же надо! До такой степени к слову.

Действительно, по лестнице к нам спустился Евгений Паперный.

– Как раз о тебе говорим, мой друг,  – улыбнулась Ольга. – Интервью даю для «Единственной».

– Как говорится, дураки легки на помине.

– Да ладно тебе! – засмеялась Сумская.

– До сих пор девушку приглашаю в свои театральные проекты, – пояснил Паперный в диктофон, – потому что, во-первых…

– Он отец моего ребенка.

– Да. Во-вторых…

– Коллеги. Евгений Васильевич, я же никогда вас не подводила.

– Это точно. Вот сейчас у меня ситуация критическая. Меня оставила актриса, а у меня до выпуска спектакля две недели. К кому я кинусь? (Указывает на Сумскую.) К тетке! (Изображает, что держит телефонную трубку.) «Але!» (Подражает голосу Сумской.) «Да!» – «Спасай!» Она мне отвечает: «Хорошо». И вот она тут.

На этом Евгений Паперный оставил нас. Как оказалось, ненадолго.

 

Оля, мы не закончили с ревностью. Что делать, если любимый вам не доверяет?

Это ужасно. Мне-то повезло, Виталий не ревнив и мягок в восприятии каких-то вещей. Иногда ловлю себя на мысли, что меня это немножко даже бесит. Что ж ты такой спокойный? Как-то хочется тебя взбодрить. Даже нарочно на концертах легонько так флиртую с молодыми коллегами. Вообще никакой реакции! Он настолько уверен во мне…

 

А вы ревнивы?

Мне это чувство не чуждо. Нервничаю, когда вижу представительниц противоположного пола на творческих встречах, на корпоративах, где дамы не сдерживаются, тем более – накатив шампанского. Что они себе позволяют!.. И это я рядом. А если он один где-то, это вообще лучше не представлять… О! Засушенная? Свежая?!

– Свежая! – Паперный, направляясь наверх, вручил бывшей жене красную розу.

 

Да, Ольга, наверное, разводиться вам было тяжело...

Да. Но я за все благодарна Всевышнему. Мы с Евгением Васильевичем сохранили великолепные творческие отношения. Чудеснейшие! Он нашел супругу. Но, значит, и я недаром встретила его. Так должно было сложиться. Мы много пережили с ним, многое прошли с Виталиком. Но то, что они – знаковые мужчины в моей жизни, – несомненно. С Виталием я уже 24 года, и до сих пор не потеряно ощущение новизны чувств.

 

А не было желания развестись с Виталием?

Да сколько угодно!

 

И убить его?

(Смеется.) Сколько угодно было эмоциональных всплесков, когда можешь наговорить лишнего, порой и в драку полезть! Но он же ставит блоки! Он же боксер! Так что он сопротивляется, и все это так смешно  со стороны…

А от чего вы можете полезть в драку?

Характер же непримиримый! Не терплю каких-то вещей. Ему невозможно сделать замечание. Все только по шерстке, как, впрочем, любого мужчину.

 

Кто из вас останавливается в последний момент, когда речь заходит о разводе?

Люди, которые действительно разводятся, делают это молча, без выяснения отношений. Если есть бурное выражение чувств и невероятное неравнодушие в скандале, это говорит о том, что не все потеряно, любовь жива. Когда люди уже решили расстаться, они тихо это делают. Тихонько пошли, поставили печати и разошлись.

 

У вас ведь была пусть и стандартная, но сложная ситуация: ребенок от первого брака. Как складывались отношения старшей дочери и Виталия?

Виталик появился в моей жизни, когда Тонечке было 7 месяцев, и для нее это не стало травмой. Она была очень маленькая, поэтому стала называть папой Виталия.

 

То есть у Тони два папы?

Да. Очень комические ситуации иногда возникают. Были мы на фестивале в Бердянске и пошли отдохнуть к морю. Сидим с Тонечкой на побережье, а Виталик и Евгений Васильевич стоят впереди, разговаривают, побрасывая камушки в море. И тут Тонечка зовет: «Папа!» – и оба оборачиваются. Так мило это получилось.

 

А что для вас на первом месте – сцена или семья?

Только семья! Никакая сцена, никакие роли никогда не восполнят недостаток семейного тепла, материнской любви, поцелуя ребенка, его отношения к тебе, вот такого, как у меня к маме. У всех детей характеры непростые, и их не изменишь, это врожденное. Можно и нужно дополнить, огранить, рассказать, что такое «хорошо», что такое «плохо». Ну, а «носорожистость», как я это называю, ничем не вытравишь. Тоня, например, может мне выдать тираду какую-нибудь воспитательную. Не я ей, а она – мне! Мои дочери меня воспитывают!

 

Как вы относитесь к этому?

Да нормально. Значит, я где-то промахнулась, и, может, мне нужно к ним подтянуться, к их уровню мудрости, несмотря на то, что одной лишь 24 года, а другой – 13. Я очень эмоциональная, но с дочками сдерживаю себя. Однако могу сказать что-то по-свойски или в сердцах. Сидит как-то младшая, Анечка, и говорит: «Мама, ты же пример во всем! Как ты себя ведешь?» А я говорю: «Доченька, извини. Я не права, но я же это признаю».

Если бы у вас не было никакой актерской работы, взялись бы за любую?

В нашей стране ни в чем зарекаться нельзя. И я все могу делать! Могу готовить и, например, открыть ресторан. Безусловно, запросто это не сделаешь. Нужна серьезная спонсорская поддержка, чтобы получился бренд, поэтому его пока и нет. Могу шить. У меня три швейные машинки! Да нам ли быть в печали? Я когда-то обшивала всю семью: и супруга, и маму, и себя, и Тонечку маленькую. Мы тогда жили во времена жуткого дефицита, и невозможно было что-то купить. Так я за ночь могла сделать для дочки великолепный наряд. И для себя тоже.

 

Вы и сейчас увлекаетесь шитьем?

Меня это успокаивает. Это такое мое! Сшить что-то могу запросто. Сесть за шитье трудно. А так руки чешутся! Восемь мешков тканей – это моя великолепная коллекция раритетных отрезов, которые я покупала, еще будучи студенткой. Бархат, крепдешин… тот еще, нашей киевской фабрики. Сегодня это эксклюзив! Сшить бы из всего этого какую-то летнюю коллекцию. Тоже об этом думаю. Так что мы не пропадем. Я воспитана «як справжня українка». Прабабушка моя по папиной линии, Анастасия, на которую я безумно похожа, родила 16 детей. Во время голодомора, когда очень много умерло детей, она не потеряла ни одного! Как она умела из ничего сделать что-то! Наша страна вообще держится на женщинах. Прабабушка моя еще и обладала даром лечить. В моей творческой карьере, кстати, были роли экстрасенсов, однажды в сериале даже сыграла игуменью, которая лечила людей. Вот сейчас сижу и думаю: может, это какой-то намек? Может, надо заняться? Может, это и есть моя миссия, которую предстоит еще раскрыть?

 

Неужели мало того, что вы уже раскрыли?

Я не говорю о том, мало или много. Хотя, конечно, мало! Хочется быть больше полезной людям. Лечить – это же счастье величайшее! К моей прабабушке полсела ходило. Она не ведьма какая-то была, а именно лекарь. И знала травы. А я сыграла в фильме «Голос травы» молодую знахарку. Вот и думаю: возможно, не просто так эта роль была дана? А как я неравнодушна к травам! Где бы ни была, обязательно остановлюсь около бабушки с травами, что-то да куплю. День всегда начинаю с травяного сбора. Конечно, могу и чашку кофе выпить, но сейчас все реже и реже. Ведь что мы пьем? Мы же гробим себя пакетированными чаями. Я вообще увлечена темой физического и морального здоровья, написала две книги – о кулинарии и о рецептах красоты. Там каждая строка мною написана, это не кто-то за меня делал. Сфотографировано каждое блюдо на моей кухне, моими руками приготовлено.

 

Рецепт вашей красоты – травы, народные средства?

Не только, конечно. Я никогда не курила, не злоупо-требляла спиртным. В этом мне повезло с супругом, он такой же. И так мы воспитываем детей. Конечно, нужно их подталкивать. Пробежка утром… ой, прямо выдираю из постели. Ну, а как иначе? Только своим примером, авторитетом. Жаль, не каждый день получается бегать. Вот сейчас у меня срочный ввод, а спектакль уже на выпуске, и я бегаю здесь, на сцене. В ситуации, когда приходишь домой после съемочного дня в 16-20 часов, тоже думаешь не о беге, а о том, кто бы тебе расстегнул молнию на платье. А надо идти еще душ принять! Когда нет сил, нельзя себя добивать. Все нужно умеренно распределять. Ну и здоровое питание. Я люблю подкрепить сказанное демонстрацией. Вы думаете, что? Вот мой обед: гречечка со шпинатом, с паровыми овощами (вынимает из сумки судок). И такой судочек у меня постоянно с собой, и всем рекомендую. Все эти перекусы, перехваты, сигаретка, салями… Потом мешки под глазами. Ну и посмотри на себя через 10 лет! На кого ты будешь похожа в 40-45? Такому отношению к себе и дочерей учу. В семье вообще все должно быть… вместе.

 

Многие публичные люди занимаются благотворительностью. Вы это тоже делаете всей семьей?

Постоянно. Все, что можем. Виталик объездил много госпиталей с концертами, просто с гитарой.

 

Я слышала когда-то, как вы пели вдвоем...

Мы так и поем. Это такой наш жанр особый, личный, и это лучшее, что может быть, – живое исполнение, беседа задушевная с нашими воинами, с людьми, которые пострадали, с беженцами. Частенько нас приглашают в онкоцентр, выступаем, ходим по палатам, говорим. Это не работа, это наше призвание – быть рядом. Ведь материально – это так мало! Нам сейчас нелегко, как и всем. Уже год мы сотрудничаем с миссией «Милосердие без границ». Организовал и вдохновил ее православный священник отец Захария. Каждый раз он везет 150 тонн помощи, и это, наверное, уже какой-то пятидесятый транш. Мы стоим около супермаркетов, собираем продукты. И корона не падает. Я человек совершенно не звездный!

 

Марина Королева

Фото facebook.com/osumska

Попередній пост
Варикозное расширение вен: советы врача, как избавиться от болезни
Варикозное расширение вен: советы врача, как избавиться от болезни
Наступний пост
"МастерШеф 5": кто покинул шоу в 9 выпуске - 21.10.2015 (фото, видео)
"МастерШеф 5": кто покинул шоу в 9 выпуске - 21.10.2015 (фото, видео)

Новини партнерів

Fresh

Showbiz

До мурах: акустичний концерт KHAYAT на підтримку переселенців

Український співак KHAYAT презентував нову програму. Розповідаємо, як це було.
Краса

Для ніжних поцілунків: як правильно доглядати за шкірою губ

Шкіра на губах дуже ніжна та тонка, до того ж на ній немає сальних залоз, завдяки яким зволожується шкіра на обличчі та тілі.
Фітнес та здоров'я

Психологіня розповіла, як вагітній жінці спокійно виносити дитину під час війни

Сім місяців Україна героїчно протистоїть повномасштабному російському вторгненню.
Мода

Які речі можна та потрібно купувати на розмір більше?

Не знаю, як у вас, милі пані, але мені завжди хотілося бути на розмір менше… Тобто, ти отримуєш справжнє задоволення, коли замість звичної «емки» ти сміливо влазиш у «еску». А тут що, навпаки?