Рассказ онлайн

Рассказ онлайн "Тонкости перевода": автор Вероника Кирилюк

Женский рассказ Вероники Кирилюк о том, как иногда предложение мужчины можно понять совершенно иначе. Что мешать быть услышанным? Прошлый опыт? Или так обычно начинаются отношения между мужчиной и женщиной?

Столица встретила меня, как всегда, рассеянной, не выспавшейся, с пригоревшим кофе и толчеей на бесконечных улицах. Я снова спала по дороге из аэропорта до самой гостиницы, потом неприятное прерывание сна и минутное полусонное забытье до дверей офиса. Взбодрил лишь холодный весенний ветерок, который нахально тронул за коленки.
Перевела часы и подмигнула подруге, которая нервно проговаривала речь перед встречей с партнерами.

Если честно, то мне в это утро все было... пофиг! Я так накаталась и наездилась за эти дни по городам нашей маленькой родины, что единственным желанием было сесть и почитать что-нибудь бредово-художественное. И, желательно, с неделю не переводить сотню сухих фраз о дебете, кредите и прочей бухгалтерской галиматье, а всех присутствующих, чаще всего недовольных и чопорных, отправить… в Закарпатье на пару дней. Вдохнули бы свежего воздуха, выпили вместо кофе чай из душистого разнотравья, выключили бы свои телефоны-планшеты-лэптопы и послушали хоть раз тишину. Снаружи и внутри…
Но это другая страна – здесь все иначе. И работа финансовых аналитиков не кажется адом, и слушают тишину они гораздо чаще.

Скажи еще раз, как я выгляжу? – спросила Кира.
Я взглянула на подругу.
– Замечательно.
Она и вправду выглядела замечательно: строгий, точно подогнанный костюм темно-серого цвета, сочно-бордовая кофточка и туфли от известного производителя (правда, не очень подходящие к наряду подруги). Но зато эта обувь была на толстом устойчивом каблуке, что, естественно, давало Кире возможность спокойно простоять перед партнерами всю презентацию. То есть как минимум три с половиной часа.
– Если все так хорошо, то ни пуха ни пера, – прервала мои размышления Кира и открыла дверь в конференц-зал.

Как мне была знакома эта холодная, практически хирургическая атмосфера совещаний, встреч и презентаций. Первые несколько минут. Потом либо становится еще холоднее, либо происходит глобальное потепление.
Хотя мне было глубоко наплевать на климат в зале. Главное – сделать свое дело и исчезнуть. Выкроить для себя, любимой, пару часов и прогуляться по книжным магазинам столицы. Вот сейчас увлеклась рассказами одного немецкого писателя. И если удастся  выделить хотя бы один свободный день, то куплю билет и рвану в Германию.

Однако как бы ни привлекала меня проза западных писателей, свое, родное, не забывала. Совсем недавно я открыла для себя творчество украинской поэтессы. Читала и перечитывала, смакуя родную речь. И теперь впервые за столько лет я начала разговаривать на украинском языке. Думать, слышать и чувствовать каждый звук, каждое слово.

Мои размышления прервал немецкий. Кира подтолкнула меня локтем, и я словно вставила себя в розетку реального времени и начала синхронно переводить.
За окном брызнул и полез тонкими струйками по стеклу ленивый неприветливый дождь. Он задержался на мгновение, собираясь капельками в небольшие озерца вертикальной формы, и вот, не выдержав, устремился вниз.
В голове почему-то всплыли строчки стихотворения Лины Костенко. Как ни странно, вовсе не о дожде…

Шукайте цензора в собі.
Він там живе, дрімучий, без гоління.
Він там сидить, як чортик у трубі,
і тихо вилучає вам сумління.

Зсередини, потроху, не за раз.
Все познімає, де яка іконка.
І непомітно вийме вас – із вас.
Залишиться одна лиш оболонка.


«Как точно, ­– подумала я. – І непомітно вийме вас – із вас. Залишиться одна лиш оболонка».
Неожиданно я заметила, что мужчины напротив меня улыбаются. А один даже стал рисовать смешные мордочки в ежедневнике. Что не так? Я взглянула на Киру. Она только покачала головой.
– Переводи на немецкий, – прошипела она. – На немецкий!
Господи, я так захопилася, що стала перекладати українською мовою.
Естественно, что партнеры понимали меня через слово. Если вообще понимали украинскую речь.
Я мгновенно собралась и перешла на немецкий язык. Кира облегченно вздохнула и продолжила презентацию.

Перерыв, – произнес черноволосый кудрявый мужчина и широко улыбнулся мне.  
Мы вышли в холл.
– Ты что?! – Кира, не моргая, смотрела на меня. Треугольное личико. Кошачий разрез глаз. Она похожа на мою кошку Тину. Надо же, никогда раньше не обращала внимания.
– Ты меня слышишь? Где ты витаешь? Я никогда не слышала, чтобы ты разговаривала на украинском. Ни словечка! Даже фрикативный /г/, свойственный твоим землякам, всегда был тебе чужд!
– Все течет, все меняется, – глубокомысленно ответила я, улыбнулась и тут же поймала на себе взгляд того черноволосого красавца. Именно из-за этого партнера презентацию перенесли из Берлина в столицу другой европейской страны.
«Француз», – сразу мелькнуло в голове. Красивый, холеный, в дорогом костюме, который точно передавал атлетическое телосложение мужчины.
Ммм… как заныло под лопаткой и стало жарко в районе пупка. Между прочим, у меня давно не было романа. Внезапного, сумасшедшего, с прерывистым дыханием, поцелуями и быстро бегущими по пуговицам пальцами...
Я так увлеклась, что невольно сделала большой глоток чая и обожгла язык.
Тсс… спокойствие. Держи себя в руках.

Кира ушла курить, а я продолжала стоять и пить ароматный зеленый чай.
– Ви дивовижно розмовлять українська мова, – произнес француз и улыбнулся.
«Конечно, дивовижно, если принять тот факт, что слова на украинском я произношу с грузинским акцентом, – подумала, но вслух ничего не сказала. – Странно, почему один язык так некстати накладывается на другой? Псевдородной на исторический свой.
«Ви дивовижно розмовлять українська мова…» Несуразный набор слов. Стоп. Прекрати, он же иностранец».
­– Моя бабусю з Одеси. Я кое-что помнить из детства.
Я улыбнулась. Красавица бабушка, наверное, уехала в прошлом веке во Францию, влюбила в себя без памяти француза и вышла за него замуж. А потом учила детей и внуков украинскому языку, чтобы не забывали свои корни.
Я взглянула на француза. Темно-синие глаза и черные кудри… Что сказать – хорош!
– Після зустрічі ми могли б поїхати в готель, – неожиданно продолжил он, и все очарование мигом исчезло.
«Да, чертовски хорош, но... хам, – подумала я. – Интересно, для таких, как он, все женщины одинаковы или бывают исключения? – я сделала глоток чая. – Талантливый финансовый аналитик, а так тривиально заводит знакомство». И снова в голове все та же строчка: «І непомітно вийме вас – із вас. Залишиться одна лиш оболонка».
Необыкновенно красивый внешне и неужели настолько прост внутренне?
Я могла бы деликатно улыбнуться или попросту выплеснуть чай ему в лицо – в ответ на хамство.
Все залежало від того, що було всередині.

В последнее время я очень остро реагировала на подобное предложение со стороны мужчины. И тому была веская причина... Если не вдаваться в подробности, то я попросту потеряла веру в то, что чувства таки существуют, и отношения не заканчиваются предательством.
То, что случилось несколько лет назад, не так просто было забыть... Я еще долгие месяцы приходила в себя, не осознавая, что все это произошло именно со мной… И пробуждения, как от страшного сна, не будет. Все случилось в реальности. И это было самое страшное.
Вернуться к себе помогла поездка. Однажды я купила билет и уехала на три дня в одну из азиатских стран. Поселилась в крохотном номере, окна которого выходили на мечеть. И утром, когда звучал голос муэдзина, возвещая о времени молитвы, я слушала его, ни о чем не думая, не анализируя, кто прав и кто виноват.
За те три дня я отпустила прошлое, избавившись от боли и отчаяния. Но чем себя наполнить, пока не знала…
«Залишилася одна лиш оболонка...»

Я взглянула на француза. Неужели на свете так много мужчин, которым женщина интересна как игрушка: ее можно сломать и за ненадобностью оставить?  
Неудивительно, что если забыть о тонкостях языков и перевода, то моя щира українська душа жадала відповідної реакції.
– Что такого нового вы собираетесь показать мне в гостинице? – спросила я, уже чувствуя, что начинаю злиться.
Француз перестал потягивать чай. Внимательно посмотрел на меня, при этом его обворожительная улыбка стала медленно пропадать. Так исчезает красивый узор из листьев под обвалом внезапного снега. Еще пару секунд назад все было красиво и тепло, но в одночасье стало холодно и неприятно.
­– Если вы намерены показать мне достопримечательности своего номера, то они меня мало интересуют. Если же вы решили удивить меня чем-то другим, то не стоит. Ибо при подобных обстоятельствах не так часто, вернее, крайне редко вспыхивает какое-то чувство, поэтому номер в гостинице становится всего лишь плацдармом для обычного секса или проще – для удовлетворения физиологических потребностей. Пролог к действию: вино и конфеты. Эпилог: душ и неуклюжее «еще увидимся». Я снова улыбнулась и закончила на украинском:
– Воно вам треба? Мені – ні.

Ну, как? Ошарашен?
К моему удивлению француз не стушевался и даже не стал извиняться и суетливо уходить с поля боя. Нет, он... широко улыбнулся и ответил:
– Вы меня неправильно понять! Сегодня утром я видеться вас в холле гостиницы. Мы жить в одном месте, – перешел он на ломаный русский. – После встречи мне бы хотется посидеть с вами где-то в ресторане. Но вечером мы оба улетучимся. А до ресторана надо еще добраться, – он пожал плечами. – Пробки. Так почему бы мы не садиться в ресторане гостиницы? Там очень вкусно готовить. Если вы, конечно, хотеть? Я люблю вашу страну. Особенно Киев. Нравлюсь украинскую речь.
Я стояла и смотрела на француза широко раскрытыми глазами.
До меня, наконец, дошло.
Боже мой, это же надо было так опростоволоситься?! Хорошо хоть не вылила на него чай.


Правда, что «шукайте цензора в собі…», а не судите другого человека по первой произнесенной им фразе.
Тонкости перевода. Причем не языкового. А между мужчиной и женщиной. Да уж... Я невольно покачала головой: пора... пора менять свое представление о мужчинах.
– Вы хотеть ужинать в ресторане? – улыбнулся он мне.
«Теперь «хотеть», – подумала я и улыбнулась в ответ.  

Когда поздно ночью я садилась в самолет, то все еще находилась под впечатлением прекрасно проведенного вечера. За окном хнычущий дождь плел тонкие паутины, а в небольшом, но уютном ресторане медленно лилась музыка. Ароматный чай с добавлением пряностей, разговор мужчины и женщины вне стен офиса…
Потом невольно вспомнила свой ответ на предложение Люка. Боже, как я могла такое подумать… Улыбнулась, провела рукой по копне непослушных волос…

В проходе появилась стюардесса. Пассажиры наконец-то расселись по местам.
«Может, стоит выучить французский язык? – пристегивая ремень, подумала я, – или лучше начать роман?»
                                      

Вероника Кирилюк

опубликован в журнале "Единственная", 04, 2015

женский рассказ, рассказ онлайн

фото Изображение используется по лицензии Shutterstock.com